ВЕСТИ ЯКУТИИ // Имя Виктории Габышевой более взрослому читателю хорошо известно. В свое время оно громко звучало во всех новостных повестках и ее публикации взрывали общественное пространство Якутии. Правда, сама она утверждает, что не любит публичности и, если являлась порой возмутителем общественного спокойствия, то получалось это отнюдь не специально.
—Виктория, больше года назад в своем интервью вы сказали, что ваше исчезновение не только из инфополя, но вообще из Якутска не было поневоле или стихийно. Это был спланированный и хорошо продуманный заранее шаг. И написание книги было одним из главных его факторов. Что было главной идеей книги, что вы хотели высказать якутскому читателю?
-Книга о Якутске, о времени и о себе. Несмотря на то, что главная героиня – совсем не я и, можно сказать, даже мой антипод. В детстве я была дылдой и страдала от высокого роста, а героиня метр с кепкой из большой крестьянской семьи. Удивило, когда знакомая, хорошо знающая меня и всю мою семью, прослушав несколько глав, спросила: «А, это ты о своих детстве и юности писала? Аня это ты? Или Аря?»
Не я, конечно, но в чем-то знакомая, несомненно, права. Про кого бы автор не писал, он пропускает все через призму своего восприятия, а, значит, пишет немного про себя. У Анны мое отношение к Якутску, мы обе родом из деревни, с небольшой разницей во времени учились в ЯПУ-2, жили в одной и той же общаге на Ново-Карьерной, ходили в одно и то же кафе «Волна» на Оржанке и ту же Сайсарскую баню.
Мне дороги воспоминания об Якутске 80-90-х, и непременно хотелось их куда-нибудь «пристроить». Мне важно, чтобы мои ровесники узнали себя в бестолковых смешных абитуриентках, вспомнили свое студенчество, тревожно-голодное время 90-х, Крестьянский рынок со всеми характерными чертами того времени и людьми.
Хотелось изнутри показать, что значит быть потерпевшей — жертвой мошенника.
Изменить отношение к «лохам», к которым зачастую со стороны обывателей пренебрежительно-надменное отношение.
Книга о жизни и судьбе простой женщины, рыночной торговки рыбой в непростых условиях, в которых жила вся наша страна. Если совсем кратко: о том, как Анна получила квартиру, как ее потеряла, и как пыталась вернуть.
-Недавно вышла аудиоверсия вашей книги «Потому, что больше никто». Как и почему вы решили ее озвучить?
-Когда выходила первая часть книги, я прогнозировала, что читателей будет немного. Мы давно перестали быть самой читающей страной в мире, да и вообще читающей. Чему удивляться, если сама не помню, когда брала в руки книгу. В бумажном варианте, имею в виду.
Прошли времена, когда степень образованности и интеллигентности можно было определить по наличию или отсутствию книг в доме. Не обязательно иметь домашнюю библиотеку, когда все можно прочитать в компьютере или телефоне. Или прослушать. С некоторых пор подсела на аудиокниги. Очень удобно: копаешься в огороде, занимаешься домашними делами и слушаешь. Слушала разное: от подкастов и детективов до классики. Заметила: как бы ни был интересен текст, если, к примеру, не нравится тембр голоса чтеца, слушать его дальше просто невозможно. Нашла даже свой собственный старый рассказ, который читал какой-то мужчина. Рассказ старый, сентиментальный, начинается с девчачьего детства, а читает дядечка с вкрадчивым елейным голосом. Дослушать не смогла, чуть, простите, не стошнило.
Книгу Виктории можно прослушать по ссылке: https://litmarket.ru/books/potomu-chto-nikto-chast1-anna
Чтение вслух было в моей жизни всегда. В детстве мама вечерами читала нам книги вслух. Мы бросали все свои детские дела, и, бывало, захватив друзей — соседских ребятишек, зачарованно погружались в другой мир.
«Отель у погибшего альпиниста», «Петля», «Зарево над Донбассом», детективы Конан Дойля и Агаты Кристи… Выбор был несколько хаотичен, продиктованный в основном тем, что печатали в периодических журналах, в основном «Роман-газете» и «Юности», но это неизменно увлекало, оставив в благодарной памяти непередаваемое чувство семьи и единения – когда одновременно со всеми испытываешь одни и те же эмоции. Позже, когда все это перечитывала, герои говорили маминым голосом.
А сколько в свое время перечитала мне старшая сестра Ариадна (известная российская писательница Ариадна Борисова — прим. ред). Помню, герои росли вместе со мной. Сначала ее голосом говорила Пеппи-длинный чулок, позже Анжелика- маркиза ангелов, все герои Ильфа и Петрова, бравый солдат Швейк, герои Фазиля Искандера и Дины Рубиной… да разве все перечислишь!
Позже, она читала мне вслух уже свои произведения и, однажды под утро, часов в пять, когда Ариадна дочитывала окончание своего романа, а мы пребывали в потрясении (в хорошем смысле слова) и восторге, на кухню вышел ее муж Сергей. Увидев наши залитые слезами лица, невольно схватился за сердце: «Что случилось?» А потом долго не мог успокоиться: «Дуры, дуры! Одна читает, что придумала, другая слушает и обе ревут!»
Всегда читала своим детям вслух, считая это одним из главных элементов воспитания (кстати, и сейчас так считаю). Почти каждый день читаю внучке.
Зачитывала свои журналистские материалы мужу, наблюдая за реакцией: донесла ли то, что хотела сказать? Смогла ли «пробить», достучаться? Кстати, у него всегда было очень «говорящее» лицо, а если тексты никак не цепляли, то он просто засыпал.
Идею озвучить книгу подсказал один из моих друзей, мол, ты неплохой рассказчик, не думала ли о том, чтобы прочесть все вслух. Ну, почему бы и да! Когда-то давно училась в институте культуры, зачем-то это было нужно? Один мой знакомый сказал, что не любит аудиокниги, потому что интонации и голос чтеца дают неправильное восприятие, а когда читаешь сам, воображение включается больше. На это возражу, и очень хочу надеяться, что голосом помогаю погрузиться в написанную мной реальность и воспринять текст так, как его хотел донести автор, то есть я. А кому-то просто будет приятно услышать мой голос. Кому неприятно – просто не слушайте. 9 часов 30 минут, согласна, не мало. Зато никто не скажет «много букАв».
-Прошло уже несколько лет как вы переехали в Бурятию. Что вы можете сказать по истечении времени, уже на расстоянии, о том периоде журналистской и правозащитной деятельности в Якутске?
-В первое время после переезда мне не хватало адреналина. Сейчас удивляюсь, в каком напряжении моральных и физических сил я жила. И мне, судя по всему, это нравилось или, по крайней мере, я к этому привыкла.
К правозащитной деятельности я пришла не сама, меня подтолкнули. Придя в газету «Эхо столицы» довольно поздно – в возрасте Христа, в 33 года, я писала «Викторианские истории» — очерки о хороших людях, которые позже трансформировались в рассказы, и о бесконечных социальных проблемах: помойках, протекающих трубах, аварийном жилье и пожарах.
Подтолкнула та самая Анна (которую в реальной жизни зовут, конечно, по-другому). Она обрушилась на меня с такой горячностью и напором, с такой безграничной верой в меня, что мне ничего не оставалось, как броситься в бой и отстаивать ее права. Прежде всего потому, что ни государство, ни силовые структуры и суды, партии и общественность — никто ей не помог. Потому роман так и называется: «Потому что больше никто…»
Недавно общались с ней по телефону, она посетовала, что меня нет в Якутске. Речь шла о Мальке (кличку в жизни и в романе я оставила неизменной, кто читал или слушал, понимает, о ком идет речь). Сейчас Малек на СВО, а возвращаться ему, человеку уже не совсем молодому, совершенно некуда: бывший детдомовец, жить негде, квартиры нет. Мол, ты бы этот вопрос смогла разрешить, ты же была просто танком!
И вот тут «танк» задумался… Для женщины эпитет, скажем, далеко не лестный. Не было вначале у меня ни опыта подобных дел, ни знаний юриспруденции, только одно горячее желание восстановить справедливость. Оставалось – идти «буром» и «танком», врываясь в кабинеты, объясняя, убеждая, доказывая… Опыт пришел позже.
Вспоминается моя правозащитная деятельность сейчас без надрыва, легко и весело, несмотря на то, что в ней было немало фатального и трагического. Сейчас, через призму времени, воспринимается так, будто я жила в сплошном детективе: угрозы, слежка, подбросы наркотиков моему доверителю, сплошные суды, где я выступала по доверенности в защиту чьих-то нарушенных прав, или в качестве ответчика по 152 статье ГК, где некоторые пытались защитить свои честь, достоинство и деловую репутацию (уж поверьте, редко у подававших в суды по этой статье все это было в наличии), «штаны министра», многочасовые допросы, пикет и митинг в мою защиту… В общем, воспринимается сейчас как сплошное приключение, каким-то странным образом вплетенное в канву самого, казалось, длинного, а, на самом деле, такого скоротечного приключения под названием жизнь…
—Как вы думаете, что изменилось с того времени в работе правоохранительных органов, судебной системе? Вы ведь много знаете и лично были знакомы с людьми, которые работали в этой сфере, многие остались на своих должностях.
-Скажу заезженную фразу: мир стремительно меняется. Давно ли, казалось бы, мы бегали с пейджерами, а мобильные телефоны казались просто выдумкой фантастов? Несомненно, многое изменилось и в правоохранительных органах, и судебной системе.
В нулевые те, по кому плачет 159 ст. УК (мошенничество) только-только поднимали голову.
Помню, какой фурор в 2002 году произвел судебный процесс над первым черным риэлтором Дианой С., кинувшей своих земляков на многие миллионы (однокомнатная квартира стоила плюс-минус 200 тысяч рублей). Обманывала она исключительно соотечественников, утверждая, что ее чары (она обладала гипнозом) не действуют на людей не ее национальности.
В голове не укладывалось: как так можно? Без жалости, без совести, с одной только голой жаждой наживы.
Сейчас мы чему-нибудь удивляемся? Это стало повседневностью. Мы сами стали циничнее и толстокожее. Да и невозможно принимать близко к сердцу ежедневные сообщения, что мошенники вновь увели средства у очередной жертвы. А вот что доблестные правоохранители вернули утраченное, часто можно прочитать? Вот то-то и оно.
Как раньше, так, понимаю и сейчас, следственные органы значительно проигрывают беловоротничковой преступности, которая гораздо прошареннее как в технических, так и в юридических вопросах.
Экономические преступления, преступления в земельной сфере зачастую не рассматривались, позволив годами существовать, к примеру, печально известному «Амгинскому БТИ». (Кто не в теме: амгинцы были здесь вообще ни при чем. Так именовалось преступное сообщество, прообраз якобы государственного БТИ, которое на самом деле занималось отъемом имущества граждан путем обмана).
Считаю, что свой удар по правоохранительной системе в 2011 году нанесла полицейская реформа. Милицию переименовали в полицию, минимизировав-оптимизировав ряды сотрудников МВД, которые начали просто задыхаться от количества дел и бумажной волокиты. Куда уж там вдаваться в изощренные мошеннические схемы – план, показатели горят!
В нотариальной конторе подделали завещание, о чем свидетельствует почерковедческая экспертиза? Решайте в гражданско-правовом поле. Заняли чужой земельный участок, используя подложные документы? А идите-ка вы… туда же, в суд.
В суде зачастую имел значение статус истца или ответчика. «Бодаться», к примеру, с Окружной администрацией (будь по закону она трижды не права), было практически бесполезно. Одна городская чиновница, далекая от юриспруденции, лично признавалась, что по одному из вопросов по земле мэрия договорилась. На вопрос: «с кем?» Она удивилась: «С судейскими, конечно!» Она так и не поняла, что сказала журналисту просто чудовищную вещь; меня же подвело то, что вовремя не включила диктофон. А сколько в суде в свое время узаконили липовых бумаг Шитареву? (одну квартиру на Богдана Чижика этот ловкач умудрился продать восемь раз). Сколько дел сошло с рук Козию, внезапно подавившемуся в камере колбасой? Другим мошенникам?
На жалобы людей о том, к примеру, что в суде «берут», я неизменно требовала аудио, видео, другие доказательства. Думаете, утверждение всегда было голословным? Отнюдь.
В середине нулевых помощник судьи, в разговоре со своим родственником, который просил справедливого разбирательства, заявил, что противная сторона занесла денежку; если, мол, с твоей стороны будет больше… И без обиняков заявил: «… деньги на бочку!» Такую аудиозапись мне как-то предоставили.
Возможно, я поступила не по-журналистски, не предав факт огласке, но постаралась, чтобы суд избавился от этого человека.
Как и от судьи, чье уголовное дело случайно попало мне в руки. В молодости он совершил преступление — избил и ограбил человека. И ни Министерство юстиции, ни квалификационная коллегия, словом, ни один орган не выявил факт, не позволяющий ему занять высшую ступень юридической иерархии. Тут, мне кажется, прискорбно не только то, что судья был некогда судим (что само по себе абсурдно), сколько то, что ему удалось это тщательно зачистить и столько времени скрывать. Он ушел в тот же день, как я положила приговор на стол Председателю суда. Просто в отставку ушел. Я не кровожадна.
В десятых годах я уже знала кто, когда и при каких обстоятельствах был «передастом» между членами судейского сообщества и подсудимыми. Заявления в различные инстанции не дали ничего. Со мной встречались, соглашались, сетовали, но… О дальнейшей судьбе этого человека, где он плетет свои сети, мне неведомо. Ну, не в суде хотя бы…
Внешне система правосудия менялась. Камеры в залах судебных заседаний, Государственная автоматизированная система (ГАС) «Правосудие», открытая информация о судебном делопроизводстве… Но сайт, бывает, обрушивается и глючит, камеры дают сбой. Стало ли лучше отправление правосудия? Вопрос риторический.
—И все это нашло отражение в романе?
-Отчасти. Остальное – в другой части. Роман изначально задумывался как автобиографический, но я человек увлекающийся и, в конце концов, моя первая «потерпевшая» напрочь увела меня в свою сторону. Получается, первая часть это несколько затянувшееся предисловие. Всему свое время. Сейчас работаю над другим проектом, а, как закончу, возьмусь за вторую часть книги. Нужно же, в конце концов вернуть квартиру Анне и выплеснуть то, что гремит-стучит изнутри, и не дает покоя.
Время от времени, перебирая свой архив, удивляюсь: сколько странных документов, непостижимых тайн хранит этот картонный ящик… Давно бы пора все стопить в печке и забыть, как страшный сон. Не поднимается рука. Вот напишу – сожгу и забуду.
—А что изменилось в работе журналистов СМИ с того времени?
-Старые добрые бумажные СМИ почти почили в бозе, мы уже привыкли получать новости из интернета. Стремительный ритм жизни, быстрая смена сообщений в новостных пабликах, диктовали новую подачу материалов. Журналист сегодня — больше информатор; бесстрастно, без настроений и оценочного суждения. Читатель сам расставляет приоритеты и акценты, без излишних эмоций автора.
Так или иначе, я приверженец старой школы, и рада, что уже не в профессии. Искренне сочувствую коллегам, которые находятся под постоянным прицелом Роскомнадзора и других служб, кем-то искусственно созданных, абсурдных препонов и перегибов.
Если переход на электронные СМИ было велением времени, то планомерное убийство газет с их уникальной историей и коллективами, было на совести их учредителей. Зачастую занимались расстановкой кадров случайные люди, совершенно далекие от журналистики, которые, едва дорвавшись до власти, начинали «махать метлой» и переставлять фигурки с только им постижимой логикой. О чем говорить, когда деятель культуры, некогда руководитель в сфере журналистики в недавнем интервью утверждал, что «Каменный цветок» написал «Петр Баженов»…
-Жалеете ли вы о чем-нибудь?
-Жалею. Своих родителей, которым в свое время добавила седых волос в тревоге за меня. О том, что многие дела не были доведены до логического конца – не хватило настойчивости и душевных сил. Жалею, что, бывало, отказывала в помощи; особенно одному коллеге, который в ней так нуждался. И сколько бы ни было объективных и субъективных причин для отказа, до сих пор жжет огнем…
-А вот если можно было бы вернуть время вспять, встали бы вы снова на тернистый путь журналиста-правозащитника?
-Конечно! Хотя бы потому, что сейчас есть что вспомнить. И о чем писать.
Книгу Виктории можно прослушать по ссылке: https://litmarket.ru/books/potomu-chto-nikto-chast1-anna
Новая книга Виктории Габышевой “Потому что никто. Часть1. АННА” продается на сайте Литмаркет по ссылке https://litmarket.ru/books/potomu-chto-nikto-chast1-anna
Источник: SakhaLife.ru